Гусев
– Ирина, подождите, ваш багет.
– Вам он самому пригодится.
– У меня их два, – сказал Максим, извлекая из рюкзака и вручая мне бумажный пакет.
– Спасибо, а мне и нечего вам подарить.
-Номерами, наверно, обмениваться не будем, – быстро и как бы незаметно проговорил он.
– Удачи вам на вашем пути, – ответила я, почему-то проигнорировав то, что по сути было вопросом.
– Съездите в Гусев, Ирина.
Я отвернулась и нырнула в арку, прижимая багет к груди, широко улыбаясь. В голове звучала какая-то мелодия, как это со мной случается. А уличный музыкант напевал «мой друг, художник и поэт» Никольского.
Я вошла в здание вокзала, купила билет. Ещё 20 минут до поезда. И вдруг меня охватила тоска. Возможно, это тоска Максима передалась мне. Вон из здания, мимо музыканта, через арку – словно отматывая ленту назад, я неслась туда, где он вручил мне багет. А потом стояла и ждала. Что вдруг появится его большая нескладная фигура на велосипеде, и я возьму его номер, и мы вместе поедем в Гусев с его старинными мощными улицами и немецкими домами.
– Вы что-то ищете?
-Нет, просто гуляю – ответила я человеку на велосипеде, который, как и я, заехал во двор складских помещений в поиске прохода к реке. Это был тупик, дальше пути вдоль воды не было, мы повернули обратно.
– Я здесь раньше не был.
– Я тоже.
– А куда вы идёте?
– Просто гуляю по городу, хочу почувствовать его характер. По пути на северный вокзал.
– Вам нужно было проехаться по фортам.
– А где они?
– Вокруг города, есть экскурсии.
– Я не люблю организованный туризм.
– Можно было бы и на велосипеде. Если не возражаете, я бы пошёл с вами. Я весь день катаюсь – последние дни отпуска решил побывать там, где не был.
– Вы тоже – турист?
– Нет, живу здесь, но, когда работаешь, мало времени на прогулки по городу.
Все это время он медленно ехал рядом.
– Конечно, пойдёмте.
Он сошёл с велосипеда, и мы пошли вместе.
– У меня есть свежий багет. Можем остановиться где-то на кофе, – робко сказал он.
Мы шли по зелёным тропам, мимо кирпичных бастионов, вдоль мелководной реки, по кленовой алее на возвышенности, мимо Королевских ворот.
– В Калининграде осталось не так много старинных зданий, ведь город разбомбили англичане во время второй мировой. Но в области есть небольшие города, которые сохранились гораздо лучше, например, Гусев. Там широкие проспекты, старинные здания.
– Интересно, я не слышала об этом городе.
– Я окрестности знаю лучше, чем город. Раньше много по работе ездил.
Если хотите – у меня ещё отпуск не закончился – можем поехать вместе, если не боитесь.
– Отчего мне бояться? Давайте. Можно завтра, в понедельник я улетаю.
– Я вам свой номер оставлю. Когда остановимся на кофе.
– Лучше ближе к вокзалу, чтобы не опоздать. Я ещё билет не купила. А вы отсюда? Всю жизнь здесь прожили?
– Нет, я родом из Якутии, переехал сюда уже в сознательном возрасте.
– А я в Магадане родилась.
– Как там, в Магадане?
– Мне было 12, когда мы оттуда уехали. Я живу в Москве.
– Ааа. Сейчас многие из Москвы сейчас приезжают.
Мы продолжали идти, минуя новые и старые здания, малые и широкие улицы. Московский, Лиговский проспекты, мимо городского озера и башни Врангеля.
– А чем вы занимаетесь? – аккуратно спросил он, словно ему казалось, что он задаёт слишком много личных вопросов.
– Я переводчик.
– Переводчик? – в его голосе вдруг послышалось восхищение. – Какой язык, английский?
– Английский, сербский.
– Мм… – он явно был впечатлен. – А где вы были в последний раз?
– Сюда я приехала из Черногории, в Черногорию – из Греции, а до Греции была в Швеции.
Зачем я стала перечислять? Понимая, что мой образ жизни отличается от его, но это мало что значит. Зачем же подчеркивать разность. Большой Максим как будто бы становился меньше с каждым новым географическим названием.
– А в Индии вы были?
– Да. Училась рядом с Бомбеем, а потом поехала на север.
– Я последнее время читаю Джиду Кришнамурти.
– Он прекрасный. Я была в его доме, где он преподавал, в Охайо, – продолжала я хвастать. – Там сохранилась его библиотека и сад, который он выращивал. Почитайте «Свободу от известного».
– Как раз эту книгу я сейчас и читаю. А до этого читал Веданту.
– Откуда такой интерес?
– Долгая история. В пандемию будто спали очки, и я понял, что все не так, каким кажется. Стал искать, читать об Абсолюте. И главное, что я понял, – надо просто жить – правильно, по-доброму.
– Согласна.
– Я дойду с вами до площади, не пойду на вокзал, – вдруг сказал он.
– Хорошо.
Какое-то время мы шли молча.
– Меня последний год все время преследует цифра 22. Я читал, это означает, что я на правильном пути.
– Не может быть! Меня тоже. Она повсюду. Именно 22.
– Да, там, где мы встретились – дом был под номером 22.
Он достал телефон и показал мне фотографию дома.
– Доходит до смешного. Скачиваю музыку – смотрю на экран: скачано 22 мегабайта. Смотрю на циферблат – 22:22 и так далее.
Между тем мы уже подошли к вокзалу и остановились у арки.
Он был смущен и, казалось, ему теперь было неловко в моем присутствии.
Я протянула руку попрощаться.
– Ирина, подождите, ваш багет…
– Вам он самому пригодится.
– У меня их два, – сказал Максим, извлекая из рюкзака и вручая мне бумажный пакет.
– Спасибо, а мне и нечего вам подарить.
-Номерами, наверно, обмениваться не будем, – быстро и как бы незаметно проговорил он.
– Удачи вам на вашем пути, – ответила я, почему-то проигнорировав то, что по сути было вопросом.
– Съездите в Гусев, Ирина.
Полбагета я съела прямо в электричке – он оказался очень вкусным, а вторую половину – наблюдая закат. Жаль, что нельзя сказать спасибо. Жаль, что нельзя разделить день с человеком, которому это было нужно. Жаль, что нельзя рассказать ему об Индии и о том, что она ближе, чем кажется. И что совсем не так важно, где ты был. Гораздо важнее – по-настоящему быть там, где ты есть, а значит – быть чутким.
В Гусев я так и не поехала. Возможно, когда-нибудь – когда я снова встречу Максима.
